XVI век, Англия. Агнес Хэтэуэй (Джесси Бакли) выходит замуж за поэтичного юношу Уильяма Шекспира (Пол Мескал), но семейное счастье длится недолго.
Трудные роды, постоянное отсутствие супруга в доме и гибель сына чуть не разрушают их брак. Но именно из этого горя и рождается трагедия «Гамлет»…
В великолепной картине Тодда Филда «Тар» через призму героини Кейт Бланшетт скрупулезно рассматривались детали такой одиозной и спорной вещи, как культура отмены, особенно когда дело касалось великих деятелей искусства. По мнению зумеров, композиторов-классиков вполне можно «отменить» из-за того, что они «белые цисгендерные мужчины, склонные к полигамии», и на свет стали появляться картины, в которых женщины часто становились жертвами своих знаменитых мужей и родственников.
Эту тему неплохо развил Кирилл Серебренников в драме «Жена Чайковского». У него вышло не плоское кино, а вполне недурное исследование сложностей жизни простого человека в тени гения. Казалось, что свежая картина Хлои Чжао («Земля кочевников») «Гамнет» пойдёт по похожей тропе, но кино получилось немного о другом.
В основу фильма положена книга ирландской писательницы Мэгги О’Фаррелл, в которой она описывает непростую судьбу супруги Уильяма Шекспира Энн Хэтэуэй. Правда, здесь её именуют Агнес – именно под этим именем женщина фигурировала в завещании своего отца. Рождённая от свободолюбивой матери, прозванной в народе «лесной ведьмой», Агнес унаследовала от родительницы любовь к природе и одиночеству, чем и привлекла внимание юного Уильяма Шекспира.
Но счастливый поначалу брак быстро даёт трещину, поскольку супруг вынужден часто уезжать в Лондон, где ему приходится развивать дело отца и параллельно работать над пьесами. На долю Агнес выпадают тяжкие роды, заботы о домашнем очаге и воспитание детей, параллельно сопровождаемое страхом за их дальнейшую участь. Впереди её ждёт по-настоящему тяжкое испытание, однако семейной трагедии Шекспиров суждено оставить великий след в истории – ведь именно из родительской боли появится на свет знаменитая трагедия «Гамлет».
Хотя западные критики дружно поют «Гамнету» осанну, сценарная основа фильма не лишена спорных мест. Шекспир (Пол Мескал) быстро отодвигается на второй план как персонаж, ни с того ни с сего превращаясь из пылкого влюблённого в равнодушного мужа с задатками абьюзера. Образ великого барда рассматривается довольно поверхностно, в связи с чем возникает закономерный вопрос: а что изменится, если в сюжете знаменитый писатель будет заменён на самого простого «супруга в вечных разъездах»?
Спору нет, за полчаса до финала, когда на сцене театра «Глобус» разворачивается действие «Гамлета» и представление становится способом самого Шекспира облечь в слова то, что тяжким грузом лежало на душе, история обретает логическую завершённость. Но всё-таки характер самого Уильяма практически не раскрыт, и финальных минут не хватает на то, чтобы полноценно рассказать о том, из какой боли порой рождаются бессмертные шедевры.
Таким образом, героиня Джесси Бакли вновь выставляется жертвой рода мужского (как в одноимённой картине Алекса Гарленда), и этот слегка одномерный подход нивелирует потенциально более мощную и глубокую историю. При всём уважении к многострадальной женщине, гораздо больший интерес всё же вызывают внутренние конфликты в душе самого Шекспира, как и механизмы, поспособствовавшие появлению на свет столь мощного текста, как «Гамлет».
Этот недостаток заметил даже продюсер Стивен Спилберг, который покивал на то, что отношения между Шекспиром и Гамнетом практически не выписаны и настоял на введении ряда совместных дополнительных сцен. Именно поэтому в финале хорошо заметно, что одного намёка на чувство горечи и раскаяния для полноценного катарсиса маловато, отчего картина о легендарных исторических личностях, по сути, оказывается приземлённой драмой о несчастливых супругах.
Однако записывать «Гамнета» в одномерное кино тоже нельзя. Первым серьёзным плюсом является наличие Хлои Чжао в качестве постановщицы, которая после малоудачного опыта в дорогом коммерческом кино («Вечные») разумно вернулась к тому, что получается у неё гораздо лучше – созерцательным драмам о людях и их переживаниях. Благодаря её стараниям, как и отлично подобранному актёрскому составу, «Гамнет» ни разу не выглядит фальшивым.
Чжао по обыкновению блестяще работает с натурой, превращая природу в полноценного одушевлённого персонажа, который, в свою очередь, олицетворяет богатый внутренний мир Агнес. Блуждая по живописному лесу, где переливаются птичьи трели и искрятся проникающие сквозь листву солнечные лучи, Агнес словно впускает нас в свой потаённый мир, предлагая увидеть, сколь безграничным он был.
Тем тяжелее этой свободной певчей птице в тесной, удушающей клетке мрачного дома, который ей предстоит превратить в семейный очаг. Именно здесь её ждут как самые счастливые моменты, связанные с появлением на свет детей, так и самые жуткие, словно нарочно посылаемые небесами, лишь бы испытать бедную женщину на прочность.
Выбор Джесси Бакли на главную роль был изначальным решением Хлои Чжао, которая не раз заявляла, что для неё важнее не звёздный статус, а неподдельная искренность. По словам постановщицы, в Бакли она не увидела тех нелицеприятных черт, которые нашла у лауреатки «Оскара» Фрэнсис Макдорманд, хотя актриса и справилась со своей ролью в «Земле кочевников» просто блестяще.
«Я знала работы Джесси. У меня было предчувствие, что она не испугается этой роли. В ней нет тщеславия, в отличие от Фрэн Макдорманд, – говорит Чжао. – Мне всегда нужна была подлинность, а тщеславие – главный враг подлинности и искренности. Актёры и величайшее благословение, которое они могут дать миру, – это их подлинность и человечность».
Сложно сказать, получит ли Бакли «Оскар» в нынешнем наградном сезоне, но вручённый ей «Золотой глобус» уже настраивает на оптимистический исход событий. Актриса действительно очень искренна и органична как в образе «дитя природы», так и одержимой материнской любовью женщины, для которой нет ничего страшнее потери ребенка – наверное, самой жуткой, тягостной и по-настоящему мощной сцены фильма.
Конечно, в отличие от того же «Гамлета», судьба памятника искусства «Гамнету» вряд ли светит – нет в нём тех бездонных глубин, яркого символизма и мощного слога, чтобы стать настоящим драматическим шедевром. Но в то же время этот фильм – добротный пример картины, сделанной с душой и неподдельным чувством, пускай не гениальной по драматургии, но с сильным образом в центре и заставляющей испытать ряд сильных, неподдельных эмоций. А это уже немало.
