Имя Горо Миядзаки, сына великого Хаяо, поклонники творчества студии «Гибли» особо поминать не любят, поскольку именно из-под его руки вышли малоинтересные «Сказания Земноморья» и совсем провальная «Ая и ведьма». Но всё-таки была в его фильмографии одна работа, за которую он вполне заслужил прощение. Это ретро-мелодрама «Со склонов Кокурико», посвящённая вопросам взросления, первых чувств и описывающая тихие радости послевоенного быта.
Талант великого японского режиссёра-аниматора и сооснователя легендарной Studio Ghibli Хаяо Миядзаки несомненен, поэтому когда его сын Горо попробовал себя в режиссуре и снял фэнтези-аниме «Сказания Земноморья», избежать сравнений с мастерством отца ему не удалось. Критики почти единогласно картину ругали, кивая на то, что визуально полотно очень красиво, как и другие работы студии, но материал, представляющий собой экранизацию повести Урсулы Ле Гуин, оказался для Горо слишком сложным, учитывая полное отсутствие опыта.
Рассказчиком Миядзаки-младший действительно оказался неважным, историю подавал конспективно, а герои вышли неживыми и одномерными. Казалось бы, карьера похоронена, но не тут-то было. Его следующей работой оказалась пускай не гениальная, но трогательная, достаточно сильная и уверенно срежиссированная ретро-драма «Со склонов Кокурико». Её, к сожалению, вспоминают не так часто, как другие работы студии.
В основу сценария была положена сёдзе-манга Тэцуро Саямы, действие которой разворачивается в 1963 году в Йокогаме. Оправившись после нескольких войн, Япония наконец обретает вкус к жизни и начинает готовиться к Олимпиаде. Старшеклассница Юми хорошо учится, много помогает родным по дому и усердно занимается общественной деятельностью, но продолжает тосковать о погибшем отце, чей корабль подорвался на мине во время Корейской войны. В его честь девочка каждое утро поднимает сигнальные флаги с посланием «Молюсь о благополучном плавании».
Однажды это замечает парень из её школы Сюн Кадзама и публикует посвящённое поднятию флагов стихотворение в местной стенгазете. Между ребятами завязывается дружба, укрепляемая общей борьбой за спасение от сноса «Латинского квартала», старого здания школьного клуба, и со временем переходит в большое чувство. Но в их прошлом есть одна тайна, и она может разлучить влюблённых.
Хаяо Миядзаки изначально не был согласен со студией по поводу назначения сына на пост режиссёра «Сказаний Земноморья», однако сильно критиковать его труд не стал. Он заявил, что фильм оказался неплохим в первую очередь потому, что был снят честно. Таким образом Горо получил ещё один шанс. Правда, проект на сей раз оказался гораздо менее амбициозным – оно и к лучшему, как выяснилось впоследствии.
Миядзаки-младшему, в свою очередь, запали в душу слова отца: «Анимация существует не для отображения реального мира. Она показывает свой». И, даже признаваясь, что менее эпичный по сюжету проект «Со склонов Кокурико» всё равно оказался для него далеко не самым лёгким, Горо заявил, что именно такие истории наиболее близки ему по духу:
«Мне было сложно снять фильм о выбранном периоде и месте действия. Когда я спросил себя, как я покажу эту историю, первым делом подумал о том, чтобы снять анимационный фильм по лекалам игрового кино. Однако, сосредоточившись на реализме, фильм становился излишне разговорчивым. Мне было сложно найти баланс и снять его без потери ощущения свободы и веселья, которые присущи анимационному кино. Но теперь я чувствую, что подобные «личные» картины подходят моему стилю гораздо больше, чем масштабные полотна».
На сей раз личная заинтересованность Горо проектом и чуткое понимание материала принесли свои плоды. Фильм об Уми и её друзьях – вовсе не обычная история взросления. В её лице, как и во всей окружающей девочку среде, отображён срез целого поколения, которое ещё совсем недавно испытало глубокую травму от кровопролитных войн. Кажется, что каждая сцена здесь пропитана тихой радостью от осознания факта, что мирное время наконец наступило и дальше будет только лучше.
Хотя у Уми, помимо школы и внеклассных мероприятий, полно домашних дел, отчего она вынуждена вставать ни свет ни заря и готовить еду, зритель не увидит ни одного эпизода, подтверждающего, что все эти заботы ей в тягость. Вокруг персонажей постоянно царит атмосфера покоя и умиротворения, когда люди начинают видеть счастье в мелочах, не боясь услышать визг сирен и взрывы бомб. В доме девочки царит уют, его обитатели наконец находят время спокойно поболтать за обеденным столом о всяких житейских мелочах, когда самая простая еда становится вкуснее в сотни раз, а вечером можно пройтись по тихим улочкам или полюбоваться на корабли на фоне закатного неба.
Вот как Миядзаки-младший описал этот исторический отрезок: «Для японцев короткий период между концом 50-х и началом 60-х был промежутком между войной и кровью и между переполненной деньгами эрой экономического подъёма. Хотя было много проблем, люди чувствовали, что наконец-то наступил относительный мир и спокойствие. Не только я, но и многие японцы ностальгируют по тому времени».
Другим важным аспектом стало желание авторов фильма показать стремление молодёжи к светлому будущему, полному важных открытий и безграничных возможностей при обязательном условии любви к собственной культуре и важности сохранения исторической памяти. Центральным символом становится ветхое здание школьного клуба, именуемое «Латинским кварталом», которое власти школы давно хотят снести. Хотя многие ученики также поддерживают это решение, мотивируя, что страна должна развиваться и идти в ногу со временем, однако ребята, которые не мыслят будущего без уважения к прошлому, готовы пойти на всё, чтобы отстоять место, где каждый может найти увлечение согласно своим способностям и умениям.
В связи с этим глубоко метафорический смысл принимают и отношения Уми и Сюна, которым судьбой уготовано серьёзное испытание, поскольку они вполне могут оказаться кровными родственниками. Тот способ, с которым разрешается их ситуация, не просто свидетельствует об их доброте, понимании и огромных сердцах. Будущее, даруемое ребятам авторами фильма, свидетельствует о том, что трагедия войны непременно должна остаться в прошлом и не отравлять жизни следующим поколениям, которые должны жить исключительно в мире и согласии.
Но поскольку это фильм в первую очередь производства Studio Ghibli, его визуальная составляющая должна быть на невероятной высоте. Известно, что реалистичность прорисованных деталей во многих аниме обусловлена тем, что художники зачастую любят копировать реальные локации. Не стал исключением и «Со склонов Кокурико». Поскольку действие развивалось в Йокогаме, Горо Миядзаки приступил к тщательному изучению местности.
Но при этом осознавал, что в кадре оно вовсе не должно быть стопроцентно реалистичным, поскольку, по его словам, в таком случае это может смотреться не слишком эффектно: «Изначально я довольно много изучал Йокогаму, стремясь максимально точно передать исторические детали того времени. Но потом понял, что простая реконструкция событий того времени может показаться достаточно реалистичной, но не обязательно красивой».
Поскольку на экране должна была царить прежде всего магия кино, было принято решение показать местность исключительно с точки зрения персонажей и их настроения. В результате стараниями художников кадр наполнили сверкающие огнями домики и улочки, в которых кипит жизнь, пестрящие красками цветочные клумбы и нежная синева тёплого, ласкового моря. Здесь Миядзаки-младший сумел раскрыться как тонкий постановщик, поскольку смог передать мироощущение героев и их эмоции без слов – посредством окружающей атмосферы, которая выросла из личной авторской ностальгии.
Горо вспоминает: «Конечно, у нас были архивные материалы, к которым можно было обратиться, но, по правде говоря, некоторые из этих мест сохранились и в моём детстве. Я помню, как солнце садилось, как оно освещало город, и как это было красиво. Помню, насколько тёмными были некоторые части города, или то, что в то время не было флуоресцентных ламп, а был более оранжевый, тёплый свет. Помню, какими добрыми, а не роботизированными были люди».
Разумеется, без изображения основных достопримечательностей Йокогамы тоже не обошлось. В кадре мы видим Морскую башню, порт, парк Ямасита и гостиницу New Grand Hotel, где провёл свою первую ночь в Японии генерал Дуглас Макартур во время оккупации страны по завершении Второй мировой.
Также аниматоры уделили особое внимание японскому лайнеру Hikawa Maru, который был спущен на воду 30 сентября 1929 года. Корабль известен тем, что среди его пассажиров как-то раз оказался Чарли Чаплин, а в период между началом Второй мировой войны в Европе и нападением Японии на США, евреи, что эвакуировались из стран Европы через СССР, добирались в Америку именно на нём. В 1961 году, за пару лет до событий фильма, корабль был поставлен у парка Ямасита, а на его борту разместили отель, ресторан и музей.
А вот с дизайном «Латинского квартала» аниматорам пришлось проявить фантазию. Размышляя над внешним обликом и внутренними помещениями здания, художники вспомнили собственные студенческие годы. Они решили, что внутри непременно должен царить хаос, как и в любом месте, где собирается активная молодёжь, отчего его финальный концепт был описан как «клуб беспорядка».
Давние поклонники аниме наверняка заметили, что персонажи японских мультипликационных фильмов частенько проводят время за столом, аппетитно уплетая какое-нибудь национальное блюдо, прорисованное в таких мелких деталях, что рефлекторно начинают течь слюнки. Горо Миядзаки нарушать это правило не стал, и поэтому в кадре мелькает большое количество домашней еды.
Уми с невероятной ловкостью не просто стряпает омлеты, но и жарит рыбу с креветками в темпуре, готовит карри и собирает себе в школу такие умопомрачительные бэнто с маринованной сливой, шпинатом с кунжутной заправкой и икрой трески, что все её одноклассники мигом лопаются от зависти. Сделано это не столько ради эстетических соображений, сколько из желания сделать персонажей максимально живыми и естественными.
Даже сам Миядзаки лишь после просмотра осознал, насколько этот акцент был верным и исключительно важным: «Есть – значит жить, а анимированные персонажи не смогут по-настоящему ожить, если не будут ощущать себя живыми. Поэтому я очень внимательно изучал процесс еды. То, как персонажи едят, может многое о них рассказать. И во время еды можно выразить и то, о чём они думают».
Когда фильм «Со склонов Кокурико» появился в японском прокате и стартовал сразу с третьей строчки национального бокс-офиса, пропустив вперёд вторую часть «Гарри Поттера и Даров Смерти», сразу стало ясно: отец и сын Миядзаки определённо достигли творческого компромисса. Здесь ещё несколько ощущалась режиссёрская робость Горо, но его выручал и крепко выписанный отцом сценарий, и личное присутствие Миядзаки-старшего в проекте.
Возможно, история Уми, чьё имя в переводе означает «море», не вышла столь же гениальной, как иные похожие проекты студии вроде «Ещё вчера» или «Шёпота сердца». Но в ней определённо есть душа, обволакивающая ностальгическая атмосфера, заставляющая прожить маленький отрезок эпохи, в которой ты никогда не бывал, и главное – глубоко гуманистический посыл, которому так верны работники студии «Гибли» уже долгие годы. И пусть прекрасная песня «Прощай, лето» (Sayonara no natsu) станет для вас не печальным реквием по былому, а трогательным прощанием с прошлым, которое порой необходимо отпустить, чтобы стремиться в новые дали и строить лучшее будущее для всего человечества.
