История кино знает минимум два «Страха над городом». Российскому зрителю больше известна давняя лента Анри Вернёя с участием Жан-Поля Бельмондо, нежели единственная режиссёрская работа Дерека Ванлинта (1932–2010). Киноманы его знают как оператора «Чужого» Ридли Скотта, за который он был удостоен номинации от Британского общества кинооператоров. Ванлинт также был членом Канадского общества кинематографистов, хотя в киноискусстве работал сравнительно мало, и даже успех «Чужого» не заставил его ковать железо, пока горячо.
Основной деятельностью Ванлинта была реклама, которой он занимался всю жизнь. Среди фильмов, от которых отказался Ванлинт, сплошь будущие хиты – «Бегущий по лезвию» Ридли Скотта и «Чужие» Джеймса Кэмерона. Тем не менее, с сэром Ридли Скоттом он был связан прочными рабочими отношениями – трудился в его компании Ridley Scott Associates. Надо ли говорить, что Ванлинт работал в рекламном отделе?
Тем не менее, на рубеже веков Дерек Ванлинт захотел тряхнуть стариной и поучаствовал сразу в двух фильмах. Он вошёл в операторскую команду «Людей Икс» Брайана Сингера, где занялся сценами со спецэффектами, и выступил режиссёром и оператором триллера «Разрыхлённое поле», которое в российском прокате назвали «Страх над городом». Почему бы и нет, ведь лента, как и фильм Вернёя, повествует о маньяке, только злодей Ванлинта специализируется на маленьких девочках. Картина даже попала в конкурсную программу 22-го ММКФ, где претендовала на Гран-при.
Зная этот факт, не приходится удивляться, что фильм Дерека Ванлинта лишь условно можно назвать триллером. Ванлинт, много работавший со спецэффектами, решил снять своего рода «тихий» саспенс-триллер или криминально-психологическую драму, сделав мощные отсылки к жанровой классике.
Например, хорошо заметны параллели с неонуарным детективом Дэвида Финчера «Семь». В картине Ванлинта много экранного времени отводится полицейскому расследованию, а вот злодеяния маньяка, напротив, лишь обозначены в виде коротких кадров с телами маленьких девочек, которые практически каждый день вылавливают из реки. Роль детектива Эда ДеЛонгпре играет знаменитый актёр и режиссер Деннис Хоппер. В поздние годы он довольствовался ролями в лентах категории B, оттого приятно, что картина Ванлинта стала для него ярким исключением.
Герой Хоппера вовсе не супергерой и не гений, как лейтенант Коломбо, а просто хороший полицейский, честно исполняющий свою работу на протяжении 40 лет. Эд ДеЛонгпре старомоден – всегда одет в костюм с галстуком и предпочитает ходить с блокнотом, в который тщательно записывает опросы свидетелей.
Сценарий Марка Кацуми Накамуры и Сьюзэн Вичманн позволяет узнать об этом персонаже чуть больше, чем это требуется для сюжета, что роднит картину Ванлинта с кинороманами середины 90-х, будь то «Семь» или Схватка» Майкла Манна. Но Дерек Ванлинт не концентрируется на семейных проблемах своего персонажа – умершей жене, больном старом псе, очень сложных отношениях с дочерью. Ведь Эд ДеЛонгпре когда-то сознательно сделал выбор – принёс в жертву работе личную жизнь, так что он, пожалуй, удивился бы, если бы кто-то принялся ему сочувствовать.
Деннис Хоппер деликатно играет пожилого матёрого копа, который не мыслит себя без работы. Он старается найти баланс между личной жизнью и профессиональной и, кажется, искренне недоумевает, почему взрослая дочь Лесли (Лесли Хоуп) до сих пор обижена из-за самоубийства матери, которое он не попытался ей объяснить. Герой Хоппера привык к смерти – это его профессиональная деформация, поэтому ему тяжело понять чувства тех людей, кто не встречается со смертью каждый день.
Маньяк из ленты Ванлинта представлен совершенно иначе, чем герой Хоппера. Если частную жизнь детектива ДеЛонгпре режиссёр показывает довольно подробно, то убийца – безлик до самого финала. Исключением служат лишь его воспоминания. В духе психоанализа, постановщик концентрируется на несчастливом детстве антигероя, наглядно показывая корни его психических проблем. Возможно, такой подход кто-то из зрителей сочтет излишне декларативным. Но кто будет спорить, что детские психические травмы порой остаются с человеком на всю жизнь? Мы не видим ни лица, ни личной жизни антигероя. Он как бы навсегда остался ребёнком, прячущимся от жестокого взрослого мира в своих инфантильных фантазиях.
В ленте Ванлинта присутствует и третья сюжетная линия, отсылающая к «М» Фрица Ланга – боссы криминального мира, соблазнённые многомиллионным строительным контрактом, жаждут поскорее установить личность преступника. Это сложное дело они поручают Джонни Голту (Том МакКэмус), специалисту по решению проблем. Герой МакКэмуса выполняет функции «криминального» детектива, этакого Эда ДеЛонгпре по ту сторону закона, который предпочитает разговору грубую силу.
В 1930-е люди, устав от общественных потрясений (войны, революции, великая депрессия) могли верить, что скрупулезное следование закону поможет остановить распространение зла. В этом был убежден и Фриц Ланг, оттого вставил в финал «М» обличающий суд Линча монолог маньяка. Однако на рубеже нового века стало очевидно, что преступники, наоборот, пользуются дырами в законодательстве, чтобы избежать ответственности или хотя бы её минимизировать. И где гарантия, что вчерашний убийца, ужасавший общество своими злодеяниями, сегодня не будет выпущен на волю гуманной врачебной комиссией?
Приходишь к выводу, что лента Дерека Ванлинта потому и была отобрана в конкурсную программу ММКФ, что на примере привычного по многим триллерам сюжета о серийном убийце ставит сложные вопросы о справедливости и границах гуманизма. Картина Ванлинта – это «М» наших дней, переосмысление шедевра Фрица Ланга в современных условиях, с учётом известных проблем правоохранительной системы, о которых недвусмысленно заявлял ещё Грязный Гарри – «если закон защищает убийц, значит, он безумен». Ванлинт не стремится навязать свою точку зрения, а потому даёт зрителю простор для размышления, позволяя самостоятельно решить, кто ближе к истине – страж закона ДеЛонгпре или сторонник быстрого решения проблем Голт.
Отдельно стоит отметить блестящий финальный монолог убийцы, как бы переосмысленную исповедь персонажа Фрица Ланга. Только Ванлинт далёк от признания за своим злодеем хоть каких-то человеческих качеств. Да, он болен, но в то же время смертельно опасен. В его сознании напрочь сместились понятия добра и зла, жизни и смерти, жестокости и милосердия. Это тот парадоксальный тип злодея, который совершает кровавые деяния из лучших побуждений, считая убийство спасением людей. Мотивы маньяка заставляют вспомнить джалло Лючио Фульчи «Не терзай утёнка» (1972) и, надо сказать, в лучших своих сценах картина Ванлинта оправдывает это высокое сравнение.
«Страх над городом» отличается неспешным, даже искусственно замедленным ритмом, и тонкой, нюансированной игрой Денниса Хоппера, который напрасно не получил актёрской номинации на ММКФ. Несмотря на долгую кинокарьеру, кажется, что большой драматический талант Хоппера так и не раскрылся в полной мере – слишком часто режиссёры эксплуатировали его злодейский образ из «Синего бархата» Дэвида Линча или же умение оживлять плоские образы защитников справедливости, и слишком редко ему доставались многоплановые герои.
Социальная проблематика соотносимости гуманизма и правосудия не решена до сих пор. И мало кто ведает, как в современной правоохранительной системе не впасть в примитивное толстовство и в то же время не скатиться до жестоких законов Хаммурапи. Что хуже – излишняя мягкость или чрезмерная суровость? Пожалуй, это вечный вопрос.
